Списки радостей как лекарство

 

Несколько недель (или уже месяцев?) назад у меня в жизни настал «полный швах».

Потом обстоятельства вроде стали выправляться, но я обнаружила себя в состоянии «без сил»: даже когда было время (а его стало гораздо меньше, когда младенец из беззубого всем довольного человечка, который мирно лежит там, где положили, превратился в стремительно ползающего и пытающегося лазать товарища, у которого на данный момент прорезались два зуба, и еще три сразу — в процессе, довольно часто расстроенного и недовольного по разным поводам), — даже когда было время, чувствовалось, что нет ресурса ни на общение, ни на творчество. А неприятнее всего было то, что «желание пропало» (с): то, что раньше интересовало, увлекало и давало силы, стало восприниматься как «обязаловка». В пространстве собственного внутреннего мира стало неприятно находиться, захотелось в «отпуск от себя» и было очень досадно, что это невозможно осуществить предпочитаемыми способами.

«Это ненормально для меня, я не узнаю себя, — жаловалась я, — в своем я уме или вообще в Мэри-Эннином?» В Мэри-Эннином или нет, но мне стало гораздо более понятно, что с этим делать, когда у меня диагностировали депрессию.

Ну, бывает. И даже «с кем не бывает». В смысле, «перекос» в биохимии мозга с кем угодно может случиться, а у меня было множество весомых причин. Осознав, что происходит, в середине апреля я написала своему психотерапевту; она сказала, что сможет поработать со мной… в июле. Это замечательно; но до июля надо как-то дожить, и поэтому я решила «прицельно» прибегнуть к письменным практикам.

А точнее, к двум письменным практикам:

я заняла по отношению к депрессии позицию исследователя и стала вести записи о том, какие уловки и тактики она применяет, чтобы завладеть моей жизнью, а также о том, какие возможны «практики анти-депрессии», которые могли бы помочь мне отобрать у нее свою жизнь обратно. (В этом мне очень помог мой опыт и знания нарративного терапевта, а также поддержка друзей.)

Одна из основных тактик депрессии — «негативный фильтр восприятия», когда внимание направляется на плохое или не соответствующее тем или иным желаниям или представлениям о должном, а хорошее оказывается вне фокуса внимания. Соответственно, практикой анти-депрессии, которую можно противопоставить этому, оказались списки радостей (то, что по-английски называется gratitude list или counting the blessings). Многим из вас они знакомы по флэшмобу «100 дней радости», но в том, что я делаю, есть некоторые отличия.

Во-первых, списки радостей, которые я веду, приватны, а не публичны (на данном этапе моей жизни). Я никому их не показываю; когда я их пишу, я мысленно адресую их «себе в депрессии» (типа: «смотри, сколько в течение дня было хорошего — и ты сама сделала, и с тобой случилось») и еще «потомкам» («вот, что радовало вашу маму, когда у нее был непростой период в жизни»).

Во-вторых, я не стремлюсь добраться до 100 дней. Я просто пишу (от руки, в специальную отдельную тетрадку) каждый вечер перед сном о том, что меня порадовало в течение дня, чем я горжусь, за что я благодарна. В том порядке, в каком вспоминается. В идеале, хотелось бы, чтобы эта практика стала частью моей жизни и не прекратилась бы.

Пока что списки радостей для меня — как спасательный круг. Они заставляют более осознанно жить в течение дня, подмечая сколь угодно малое хорошее. В некоторые дни, когда депрессия сильнее, набирается страничка; в те дни, когда я чувствую себя лучше — больше двух страниц. Вкупе со всем остальным, что я делаю, чтобы вернуть себе свою жизнь, эти списки очень помогают. Времени в сутках не становится больше, дел не становится меньше, но внутреннее состояние постепенно улучшается, особенно здорово, что возвращаются силы на общение и творчество. Я надеюсь, что это тенденция, и она продолжится (хотя знаю, что депрессия любит пытаться взять реванш).

Простите, кому не отвечала в эти недели. Исправлюсь :)

Списки радостей как лекарство