Раненый рассказчик, пишущее тело: афоризмы Артура Франка

6786792744_45387107dc_b

Рано или поздно «ранеными рассказчиками» становятся все.

Артур Франк

Как правило, мы беремся записывать историю своей жизни, когда в ней произошло крушение. Нет ориентиров, старые карты бесполезны, прежние руководства к действию не применимы. Нужно как-то создавать новые. Вот тогда мы и начинаем записывать воспоминания о событиях, эпизоды из жизни, рассуждения, встречи, разговоры — чтобы из этих кусочков сложить себе новую карту, а на ней распознать свой дальнейший маршрут. Тяжелая болезнь или травма — одно из мощнейших переживаний «крушения жизненной истории».

Артур Франк, автор книги «Раненый рассказчик: болезнь, тело и этика», пишет о том, что болезнь — это призыв рассказать/записать свою историю. По профессии Франк — медицинский социолог, а в личном опыте у него — лечение от рака. Потеряв навсегда статус «здорового» и превратившись в «больного в ремиссии», соприкоснувшись с тем, какие истории о человеке создает и навязывает медицинская система, Франк посвятил свою работу тому, чтобы вернуть голос, право рассказывать о своих переживаниях болезни, самим больным.

Эта книга открывает новое измерение понимания историй, которые рассказывают люди, соприкоснувшиеся с тяжелой болезнью или травмой. Каковы основные проблемы втелеснивания (embodiment), с которыми сталкиваются люди? Какие типы историй о болезни существуют в обществе, и какие из них более приняты (и негласно поддерживаются), а какие — менее? Почему важно писать и рассказывать о своем опыте болезни?..

В этой серии постов я расскажу, как Франк отвечает на все эти вопросы. Начну с последнего — по порядку, но не по значимости. У Франка очень емкая и афористичная манера письма, поэтому я просто «отдам микрофон» ему и приведу несколько цитат. Там, где указан номер страницы — это прямая цитата, там, где номер страницы не указан — это мое обобщение.

 

Почему важно писать и рассказывать свои истории об опыте болезни

«Рассказывать историю о своём опыте болезни — значит, в очень большой степени признавать личную ответственность не только за то, чтобы выздороветь, но и (или) за то, чтобы найти смысл в переживании болезни».

«Раненый рассказчик«, предисловие, стр. xiii

 

Настоятельная потребность писать о своей жизни приходит ко многим из нас в моменты сильной боли, интенсивного страдания, с которым и несмотря на которое нам приходится жить. Мы пишем, чтобы, оказавшись в страдательной позиции, став пациентами (от лат. patientes — те, кто страдает и терпит), вернуть себе авторство жизни.

 

«Больной человек, превращающий свою болезнь в историю, трансформирует свою судьбу, преобразуя её в опыт. Болезнь, отделяющая тело от остальных, в истории становится общими узами страдания, объединяющими тела в их общей уязвимости.»

там же, предисловие, стр. xi

 

Рассказывая о своём страдании, человек дает голос всем тем, кто так же страдает, но в силу разных причин не может писать об этом. Всегда есть кто-то, кто находится в похожей ситуации, сколь бы тяжелой или редкой она ни была.

«Больной человек подчиняется врачу не только в том, что обязуется следовать предписанному расписанию лечения. Человек также неявно соглашается рассказывать свою историю во врачебных медицинских терминах. Теперь, отвечая на вопрос: «как твои дела» -  человек как бы обязуется вписывать свои личные чувства в пересказ медицинского отчёта. Врач становится «спикером» заболевания, а личные истории больного человека начинают очень сильно зависеть от повторения того, что сказал врач».

там же, стр. 6

Однако таким образом многие аспекты переживания жизни больного человека оказываются замалчиваемыми. У человека возникает потребность вернуть себе голос, право самостоятельно описывать свою жизнь. На время лечения медицина объявляет тело человека своей территорией, тем самым «колонизируя» его. Люди стремятся быть чем-то большим, чем пациенты, стремятся к деколонизации своей жизни и своего тела.

Записывая свои истории, автор не только заново обретает свой собственный голос. Он становится свидетелем тех обстоятельств, которые лишают других людей голоса. Когда хотя бы один человек обретает голос, сквозь его историю говорят многие.

 

«Раненый рассказчик старается выжить и помочь другим выжить в мире, смысл которого не постижим непосредственно».

там же, предисловие, стр. xiii

Рассказывание историй — это попытка изменить свою собственную жизнь, повлияв на жизнь других.

 

«Люди рассказывают свои истории не только, чтобы осмыслить собственную меняющуюся идентичность, но и для того, чтобы дать опоры тем, кто пойдёт за ними. Они не пытаются дать другим людям готовую карту, потому что каждый должен создать свою собственную, но они стремятся засвидетельствовать опыт перестраивания своей собственной карты. Свидетельствование — это один возможный наш долг перед здравым смыслом и другими людьми».

там же, стр. 17

 

Когда мы свидетельствуем чужим историям, в этом кристаллизуется взаимность нашей нужды, когда каждый присутствует для другого.

 

«Те истории о болезни, которые опубликованы и могут быть процитированы, влияют на то, как другие люди могут рассказывать свои истории, задавая тем самым социальную риторику болезни».

там же, стр. 21

Не существует лживых и неискренних личных историй. В желании что-то отредактировать, о чем-то умолчать, а что-то выделить вполне искренне проявляется значимая мотивация человека, и в этом смысле в этих историях он верен себе.

 

Сам акт рассказывания истории — это новое событие в истории человека, меняющее общую конфигурацию истории и ее смысл. Пока мы рассказываем свою историю, она не окончена.

Обычно, когда человек заболевает, никто не спрашивает его, даже когда первый шок от диагноза уже прошел: «Кем бы ты хотел стать в результате этого опыта? Какую историю ты бы хотел рассказывать о себе? Что бы ты хотел подчеркнуть, выделить в своем опыте болезни и в себе как главном герое, когда будешь рассказывать истории о своей болезни?» Поэтому людям приходится так или иначе самим нащупывать этот вопрос, учиться прислушиваться к себе, слышать себя.

 

Даже когда полное излечение невозможно, больной человек, рассказывая или записывая свою историю о болезни, ищет для себя ответ на вопрос: «Как прожить хорошую жизнь, несмотря на болезнь?»

 

Только больные люди знают, что такое здоровье. Потому что осознают, что именно они потеряли. И именно поэтому больные люди хотят, чтобы здоровые читали их истории. Чтобы они успели осознать ценность того, что имеют, и в полной мере реализовать имеющиеся у них возможности.

В пределе, оценить качество истории можно по тому, как она влияет на слушателя/читателя. Каким человеком он становится, соприкоснувшись с ней?

 

продолжение следует

 

Дарья Кутузова, 08.09.15

image by Karl-Ludwig Poggemann on Flickr

https://creativecommons.org/licenses/by/2.0/

Раненый рассказчик, пишущее тело: афоризмы Артура Франка